Конец сказки (Интервью с Давидом Черкасским и Натальей Чернышовой)


/
 
40 дней назад, на 57-м году жизни, внезапно скончался прекрасный украинский мультипликатор Александр Татарский
В свое время его «Пластилиновая ворона» стала всесоюзным хитом и всенародно любимым бестселлером, собравшим 26 международных призов. Талантливый мультипликатор («Братья-пилоты», «Падал прошлогодний снег», «Следствие ведут Колобки», «Крылья, ноги и хвосты»), идеолог новой волны украинской анимации, Татарский мучительно пытался работать в Киеве, где родился и вырос, но обстоятельства таки вынудили его уехать в Москву.

Белокаменная принесла Александру Михайловичу известность и почет, а также возможность реализовать свои замыслы. Он активно трудился: являлся генеральным директором московской студии «Пилот», занимался продюсированием, писал сценарии, но свой главный фильм снять не успел, потому что ушел внезапно и слишком рано — в 56 лет. Сегодня о близком друге вспоминают его коллеги-мультипликаторы Наталья Чернышова и Давид Черкасский.


Ольга КУНГУРЦЕВА, Всеволод ЦЫМБАЛ
«Бульвар Гордона»


ДАВИД ЧЕРКАССКИЙ: «САША БЫЛ ОЧЕНЬ ЯРКИМ, А ТАКИХ У НАС ТОПЯТ»

— Давид Янович, как вы думаете, почему Александр Михайлович ушел так до обидного рано?

— Точного диагноза я не знаю, но у Саши всегда были проблемы с сердцем. Хотя внешне он выглядел весьма крупным, мощным человеком. А незадолго до Сашиной смерти случилась жуткая история, которая, судя по всему, поставила последнюю точку. Саша взял с собой на дачу любимую кошку. И у него на глазах ее в клочья разорвали собаки. Люди, любящие животных, поймут ужас, который пережил Саша. Я позвонил ему за день до его смерти, он рассказал о случившемся, пожаловался, что с тех пор практически не спит, что ужасно болит сердце... Вскоре из Москвы пришло страшное известие...

— Татарский считался вашим учеником?

— Как сказать... Мы много лет дружили и работали вместе с его отцом, очаровательным Михаилом Семеновичем Татарским. Он был сценаристом, писал цирковые репризы для Юрия Никулина, Олега Попова... Эти люди часто бывали в доме Татарских. Саша был влюблен в цирк и мечтал стать клоуном. А потом загорелся мультипликацией. Меня он знал лет с 12-ти, запомнил по частым посиделкам с его родителями. Сашка всегда стремился попасть на нашу киностудию «Киевнаучфильм», поскольку родился мультипликатором и никакой иной профессии у него быть не могло.

Саша был весьма эксцентричным человеком, мыслил в хорошем смысле по-клоунски, по-цирковому, не так, как обычные люди. А у нас, мультипликаторов, если не по-человечески, значит, уже хорошо.

— Он же окончил Киевский театральный институт имени Карпенко-Карого?

— Да, киноведческий факультет по специальности кинодраматург-киновед, редактор, поскольку мультипликаторов у нас нигде как не учили, так и не учат. Мы сами открывали это направление. Когда их курс появился у нас на студии, я был старше лет на 20. Помню, пришло человек восемь — все хлопцы яркие, талантливые, горячие, веселые. Особо выделялись Саша Татарский и Игорь Ковалев.

— Говорят, они были мастерами розыгрышей?

— Не то слово! Правда, половина их хохм, увы, не для печати. Для Саши никогда не существовало разницы между рабочим, космонавтом, профессором. Со всеми он держался на равных, просто и открыто.

Помню, как-то я приехал к нему в Москву. Зима, холод собачий, а он поволок меня осматривать свою недостроенную дачу, вернее, ее остов. Внизу во времянке жили рабочие. Он усадил нас всех вместе за стол, выставил угощение, водочку. А потом, показав на меня, на полном серьезе спросил у строителей: «А вы знаете, кто это такой? Это президент Израиля!».

— Строители не испугались?

— Во-первых, они даже толком не знали, что такое еврей, а тут целый президент. И этот «президент» приехал не к кому-нибудь, а к их работодателю Татарскому. С каждой минутой своего розыгрыша Саша проникался ко мне демонстративной почтительностью. Помню, один из хлопцев, самый продвинутый, как рот открыл, так и не закрывал уже до окончания банкета.

На «Пластилиновую ворону», которая задумывалась в Киеве, а делалась в Москве, ушло 800 кг пластилина


Таким Сашка был во всем. Еще в Киеве их с Ковалевым хохмы продумывались заранее, детально прописывались, были не одноразовыми, а многосерийными.

Однажды они заметили, что этажом ниже сосед раскладывает на балконе шкурки убиенных животных. И началось... Звонили они ему ежедневно и ежевечерне, подделывая голоса и интонации под милицейский суржик, стращая «радужными» перспективами.

Скорняк до смерти перепугался, шкурки повыбрасывал, так ведь им и этого мало было. Они продолжали названивать: дескать, чистосердечное признание смягчает наказание, и предлагали покаяться. В конце концов, сосед не выдержал — пошел сдаваться в милицию и там таки да — сознался в браконьерстве и незаконной индивидуальной трудовой деятельности. А они параллельно весь этот треп записали на магнитофон, потом прослушивали и веселились от души.

— В творчестве Александр Михайлович тоже отличался экстравагантностью?

— Сашка славился прежде всего как первооткрыватель. К примеру, в свое время киностудия «Союзмультфильм» достигла довольно высокого уровня, тамошняя американская техника была совершенна. И вдруг работа заглохла, все затоптались на месте. Но тут появился гениальный режиссер, художник и сценарист Федор Савельевич Хитрук («Винни-Пух», «Снежная королева», «Каникулы Бонифация». — Прим. ред.), повернувший советскую анимацию на 180 градусов. А уже после Хитрука возник Саша Татарский, который уже перевернутую мультипликацию перевернул еще раз.

— Почему он все-таки уехал из Киева в Москву?

— Да потому что очень яркий был. А таких у нас топят, так как в почете по-прежнему посредственность. Саше совершенно не давали постановок, категорически отвергали все его идеи, предложения...

В Киеве ему было тесно. Он являлся режиссером от рождения, но видеть в нем художника здесь никто не хотел. Я уверен: останься он в Киеве, к нему стали бы относиться еще хуже, поскольку Татарский был человеком задиристым, острым на язык, всегда резал правду-матку, а кому такое понравится? Матерщинником, правда, не слыл, но послать мог далеко.

Кстати, свою знаменитую «Пластилиновую ворону» он начал делать еще в Киеве. Саша был вообще мастером на все руки, одаренным бизнесменом. В киевском Дворце пионеров он с коллегами открыл первый кружок анимации. Нашли какой-то станок, полностью его переделали и создали на нем две мультипликационных новеллы. Там же начали работать над «Вороной». Потом руководство стало совать палки в колеса, Саша психанул, плюнул на все и уехал в Москву.

— Там к его проекту отнеслись с энтузиазмом?

— Поначалу «Ворона» была официальным проектом — Татарскому предложили сделать ленту из трех частей по мотивам детских рисунков. И хотя в то время Саша интересовался авангардными технологиями, включая зубную пасту, от заманчивого предложения не отказался.

Пригласил к сотрудничеству Григория Гладкова, Эдуарда Успенского. Они скупили в московских магазинах 800 килограммов пластилина, вручную раскрасили его в яркие цвета, записали музыкальные партии. Но то ли хронометраж не совпал, то ли еще что-то приключилось, но фонограмма никак не ложилась на анимацию. Поэтому знаменитую песенку «А может быть, ворона, а может быть, корова...» записали на убыстренной скорости. Так родился любимый миллионами смешной мультяшный голосок. Хотя изначально, кажется, эту песенку исполняли солисты Большого театра.

Александр Михайлович со своей третьей и последней женой Алиной. Недавно их сыну Мише исполнился год и четыре месяца


В итоге все было сделано честь по чести: первые две части — детские рисунки, третья — пластилиновая. Но вдруг по непонятным причинам мультик закрыли... И лишь благодаря Ксении Марининой и Эльдару Рязанову, которые на свой страх и риск поставили «Ворону» в эфире «Кинопанорамы» и рассказали, как она создавалась, мультфильм стал всенародным бестселлером и получил 26 международных фестивальных наград.

Вскоре была создана знаменитая заставка к передаче «Спокойной ночи, малыши», которая уже более 25 лет держится в эфире, затем «Обратная сторона Луны», неповторимый «Падал прошлогодний снег». К слову, Татарский в отличие от своего мужичонки, отправившегося в лес за елкой, в жизни не ставил дома на Новый год настоящую елку — только искусственную. Ему казалось, что все живое должно цвести, радовать, а не быть сорванным, спиленным, растерзанным и после выброшенным на помойку.

Чуть позже возникла студия «Пилот», где Татарский до последних дней оставался бессменным руководителем. Там родилось множество проектов, включая смешных сыщиков «Братьев-пилотов», «Гору самоцветов». В течение 20 лет Татарский успешно преподавал, и его ученики сейчас работают не только в Киеве, Питере и Москве, но и в США, Бразилии, Испании, Франции, Китае, Германии, Израиле...

К сожалению, Саша так и не закончил свой главный, по его мнению, фильм, над которым начал работать еще в 1986 году. Он много о нем рассказывал, утверждал, что это будет настоящая «Европа»... Я обязательно перечитаю сценарий. Уверен: он был прав.

— Вы не хотите завершить этот фильм?

— Нет, потому что так, как мог бы сделать Саша, не сделает никто. Это будет уже совсем другое кино.


НАТАЛЬЯ ЧЕРНЫШОВА: «УКРАИНСКОЙ МУЛЬТИПЛИКАЦИИ В ПРИРОДЕ НЕ СУЩЕСТВУЕТ»

— Мы вместе учились — Саша был на курс младше. Кстати, как мультипликатор свою первую сцену он снял в фильме Давида Яновича «Приключения капитана Врунгеля» — ту самую, где военные корабли окружают маленькую перевернутую яхточку.

Помню, был у нас замечательный период, когда все восхищались творчеством Ярослава Гашека. Саша шпарил «Приключения бравого солдата Швейка» наизусть, причем к месту и не к месту. Он был не только выдумщиком и затейником, талантливым мультипликатором, но и весьма образованным, эрудированным человеком.

— У него была семья?

— Да, у Саши двое сыновей — старший Илья от второго брака. Третья и последняя супруга — очаровательная молодая женщина Алина, их сыну Мише всего годик и четыре месяца.

— Как вы думаете, если бы Татарский не уехал из Киева, украинская мультипликация была бы другой?

— Украинской мультипликации в природе не существует! А вот в Москве запусков много... У нас же денег на мультфильмы никто не дает и вряд ли начнут давать в ближайшее время. Раньше государство худо-бедно, но как-то все-таки поддерживало эту отрасль. Сегодня же всем наплевать на все подряд.

Так что Саша был прав, что уехал. В Москве его приняли, поняли, признали... Он состоялся как режиссер и успел сделать переворот в мультипликации. А оставшись в Киеве, как мастер прозябал бы. Только вот очень горько, что ушел он до обидного рано.


Ольга Кунгурцева, Всеволод Цымбал, Газета «Бульвар Гордона» № 35 (123), 1.9.2007 г.